Смотреть онлайн документальный фильм История русского танка | Шок для Гитлера: Почему немцы не могли пробить броню Т-34? в хорошем качестве HD бесплатно
Смотреть онлайн документальный фильм История русского танка | Шок для Гитлера: Почему немцы не могли пробить броню Т-34? в хорошем качестве HD бесплатно
Замполиты Минобороны шапкозакидательство генералов в 1941-1942 свалили на спасшего нас в безнадежной ситуации Сталина, в результате чего нынешние генералы и политики снова шапкозакидательски положили тысячи солдат в Афганистане, Чечне, Сирии, Окраине.
Замполиты Минобороны забалтывают следующее: 1) Берлинская операция началась 14.04.1945, и вообще не понятно прорвался ли Жуков через немецкую оборону самостоятельно, или немцы начали 19.04.1945 отход из-за поворота Сталиным в тыл 9 армии главных сил Конева; 2) План Жукова был банален и не стал для немцев неожиданным; 3) Жуков не выполнил первоначальный план наступления, и Сталину пришлось повернуть на Берлин основные силы Конева, без которых у Жукова не получалось разгромить 9 армию немцев. И именно большие потери Жукова в кровопролитном прорыве немецкой обороны с 14.04.45 по 19.04.45 вызвали недовольство Сталина.
4) 9 армия немцев не отошла к Берлину, желая прорваться через Конева к американцам, а не в результате действий Жукова.
Сталин и Василевский блестяще спланировали компанию лета 1944. Сначала они подождали, пока немецкие резервы будут по максимуму использованы для отражения наступлений союзников в Италии и Франции, и неожиданно для немцев ударили в Белоруссии. Немцы вынуждены были бросить туда резервы из Галиции. Потом наши ударили в Галиции и вышли к Висле. Немцы были вынуждены перебросить резервы из Румынии в Польшу. Таким образом, немецкие резервы все время опаздывали, а в Румынии их осталось мало. Также Сталину грамотной дипломатией удалось ускорить выступление против Антонеску в Румынии.
Всегда надо исходить из реальных возможностей. В 1941 при подавляющем преимуществе немцев в качестве, то есть в скорости действий, и господстве люфтваффе в воздухе все попытки крупных ударов оканчивались для нас плачевно. Это и приводило к таким потерям. Мы не успевали ударить немцев, пока замахивались, уже огребали со всех сторон и оказывались в нокауте. Очевидно, что в обороне, армированной танками, у нас лучше получалось. Наш удар в глубину позволял немцам использовать одновременно большее количество подтягивающихся подразделений. В прорыве же обороны у немцев могло участвовать одновременно меньшее количество войск на участке прорыва, и против них проще было сосредоточить наши силы и, соответственно, избежать глубокого прорыва немцев и успеть отойти на следующий рубеж, избежав окружения.
Оборона Лужского рубежа, Полоцкого и Киевского УРов, Могилёва, Тулы убедительно доказывает преимущества подготовленной обороны над авантюрной Тимошенко-Жуковской наступательной тактикой в начале войны, когда вермахт имел подавляющее качественное превосходство над нашей армией. Успешные действия бригады Катукова от обороны под Мценском и на Волоколамском шоссе и других танковых бригад вместе со стрелковыми частями, убедительно показывают катастрофичность применяемой в начале войны Тимошенко и Жуковым стратегии бросания в храбрые атаки на убой огромных неповоротливых мехкорпусов, перенасыщенных танками в отрыве от пехоты и артиллерии, в результате которых за первые 2,5 недели войны было потеряно 12 тысяч танков, созданных с таким трудом страной, при том, что немцы потеряли в десятки раз меньше танков, разгромили нашу кадровую армию и продвинулись на сотни километров вглубь нашей территории.
Ватутин — генерал-катастрофа. Он на 3 месте после Тимошенко и Жукова как виновник катастрофы июня 1941. Как командующий фронтом Воронеж и Ростов не взял. В феврале 1943 обвалил 2 наших фронта. Его земляк Замулин и Сталин насчитали 8 тактических окружений в июле-августе 1943. Весь Резервный фронт Сталин вынужден был использовать для восстановления Ватутинского фронта. При этом пока Рокоссовский не прорвался на Конотопском направлении, Ватутин топтался на месте. Восточный вал сам не прорвал, несмотря на то, что Жуков как обычно выбил ему у Сталина больше сил, в том числе 3 ТА. Снова на прорыве Рокоссовского спаразитировал. Житомир в ноябре 1943 сдал. Из Корсунь-Шевченского котла немцев выпустил. Только с румынами и итальянцами умел воевать, и держался на плаву за счёт обычной нашей нехватки успешных генералов. Жалко, что присланный на смену Ватутину Апанасенко погиб под Белгородом.
У Рокоссовского задача была проще, но не значительно. Группировка Моделя — это не подарок. 2 и 9 армии уступали 4ТА и Кемпфу в танках и авиации, но превосходили в людях и артиллерии, причём через несколько дней после начала Цитадели около половины авиации Манштейн отдал Модулю, и у последнего стало больше и авиации. При этом Сталин был вынужден весь Резервный фронт использовать фактически в полосе Воронежского и помогавшего правого крыла Юго-Западного фронта: 5ТА, 4,5 Гв.А, 27, 46, 47, 52, 53, 57А и целый ряд танковых корпусов. То есть Сталин в 2,5 раза усилил фронт Ватутина, а Рокоссовский не получил из Резервного фронта ни одного соединения, только маршевые пополнения. Модель явно не был слабее Манштейна в 2,5 раза. И Манштейн постепенно отдал Моделю около половины своей авиации, но Рокоссовский устоял, так как после провала своего контрудара 6.07.43 больше на немцев в отличие от Ватутина тупо не бросался. И потом Рокоссовский больше сохранил свои силы и разорвал немецкий фронт в начале сентября 1943 и затем создал крупный плацдарм на Днепре, а Ватутин, несмотря на громадное усиление, понёс огромные потери и сам прорвать немецкий фронт не смог и только паразитировал на успехах Рокоссовского.
Замулин говорил, что Рокоссовский никак себя не проявил, просто поставил Моделю блок, в который тот упёрся, а земляк Замулина Ватутин проявил высшее стратегическое мастерство, так успешно разъединяя танковые корпуса Манштейна, что попал в 5 тактических окружений, и Сталин вынужден был бросить стратегические резервы на спасение Великого Ватутина, и эти резервы Ватутин успешно и быстро профукал.
Так же, чтобы отмазать своего земляка Ватутина, Замулин раздувает миф о неугадывании, на основе Миркинско-Жуковской стандартной подмены понятий, когда Жуков как обычно вещал, что главные силы немцев будут против него, и как всегда своим враньем выбил себе у Сталина несколько больше сил, чем более скромный Василевский. А уж о том, чтобы вырвать у Жукова хотя бы 1 из имеющихся у него артиллерийских дивизий прорыва, и речи быть не могло. А Сталин очевидно больше не собирался угадывать, и укреплял и Рокоссовского, и Ватутина, а фронт Конева мог усилить каждого из них.
Встречая отпор, немцы подтягивали крупнокалиберную артиллерию и вызывали авиацию, после чего снова шли вперед. Эта тактика позволила корпусу СС за первые 17 часов наступления 5.07.1943 прорвать первую линию обороны Воронежского фронта и выйти ко второй полосе, чтобы затем наступать правым флангом через Прохоровку.
48-му корпусу, который прикрывал левый фланг эсэсовцев, повезло меньше — он наткнулся в районе села Черкасское на заболоченную балку. Пересеченная местность и ожесточенное сопротивление соединений 6-й гвардейской армии генерала Ивана Чистякова привели к тому, что захват населенного пункта затянулся на целые сутки.
к 14:00 6 июля войска 2 тк СС в основном выполнили первую часть общего плана наступления — левый фланг 6 гв. А был смят, а чуть позже с захватом с. Яковлево со стороны 2 тк СС были подготовлены условия для их замены частями 48 тк. Передовые части 2 тк СС были готовы приступить к выполнению одной из генеральных целей операции «Цитадель» — уничтожению резервов Красной Армии в районе ст. Прохоровка. Однако, полностью выполнить план наступления Герману Готу (командующий 4 ТА) 6 июля не удалось, по причине медленного продвижения войск 48 тк, столкнувшегося с умелой обороной вступившей в сражение после полудня армии Катукова. Корпусу Кнобельсдорфа хоть и удалось во второй половине дня окружить некоторые полки 67 и 52 гв.сд 6 гв. А в междуречье Ворсклы и Ворсклицы, однако, наткнувшись на жёсткую оборону бригад 3 мк (генерал-майор С. М. Кривошеин) на втором рубеже обороны, дивизии корпуса не смогли захватить плацдармы на северном берегу реки Пены, отбросить советский мехкорпус и выйти к с. Яковлево для последующей смены частей 2 тк СС.
Тем не менее, успех, достигнутый дивизиями «Лейбштандарт», и в особенности «Рейх» заставил командование Воронежского фронта в условиях неполной ясности обстановки предпринимать скоропалительные ответные меры по затыканию прорыва, образовавшегося во втором рубеже обороны фронта. После доклада командующего 6 гв. А Чистякова о положении дел на левом фланге армии, Ватутин своим приказом передаёт 5 гв. Сталинградский тк А. Г. Кравченко, и 2 гв. Тацинский танковый корпус А. С. Бурдейный, в подчинение командующего 6 гв. А и одобряет его предложение о нанесении контрударов по прорвавшимся через позиции 51 гв.сд танкам немцев силами 5 гв. Стк и под основание всего наступающего клина 2 тк СС силами 2 гв. Ттк.
Получив приказ, командир и штаб 5 гв. Стк, уже зная о захвате с. Лучки танками дивизии «Рейх» и правильнее оценивая обстановку, пытались оспорить выполнение данного приказа. Однако под угрозой арестов и расстрела были вынуждены приступить к его выполнению. Атака бригад корпуса была начата в 15:10.
Достаточными собственными артиллерийскими средствами 5 гв. Стк не располагал, а времени на увязывание действий корпуса с соседями или авиацией приказ не оставлял. Поэтому атака танковых бригад производилась без артиллерийской подготовки, без поддержки авиацией, на ровной местности и с практически открытыми флангами. Удар пришёлся прямо в лоб тд «Рейх», которая перегруппировалась, выставив танки в качестве противотанкового заслона и, вызвав авиацию, нанесла значительное огневое поражение бригадам Сталинградского корпуса, вынудив их остановить атаку и перейти к обороне. После этого подтянув артиллерию ПТО и организовав фланговые манёвры, части тд «Рейх» между 17 и 19 часами сумели выйти на коммуникации оборонявшихся танковых бригад. К 19:00 частям тд «Рейх» фактически удалось окружить большую часть 5 гв. Стк Находясь без связи со штабом корпуса, в ночь на 7 июля окружённые части 5 гв. Стк организовали прорыв, в результате которого часть сил сумела вырваться из окружения и соединилась с частями 20 тбр. В течение 6 июля частями 5 гв. Стк по боевым причинам было безвозвратно потеряно 119 танков, ещё 9 танков были потеряны по техническим или не выясненным причинам, а 19 отправлены в ремонт. Столь значительных потерь за один день не имел ни один танковый корпус в течение всей оборонительной операции на Курской дуге (потери 5 гв. Стк 6 июля превысили даже потери 29 тк в ходе атаки 12 июля у свх. Октябрьский).
После окружения 5 гв. Стк, продолжая развитие успеха в северном направлении, другой отряд танкового полка тд «Рейх», используя неразбериху при отходе советских частей, сумел выйти к третьему (тыловому) рубежу армейской обороны, занимаемому частями 69А (генерал-лейтенант В. Д. Крюченкин), возле хутора Тетеревино, и на непродолжительное время вклинился в оборону 285 сп 183 сд, однако из-за явной недостаточности сил, потеряв несколько танков, был вынужден отступить. Выход немецких танков к третьему рубежу обороны Воронежского фронта уже на второй день наступления, был расценен советским командованием как чрезвычайное происшествие.
Таким образом, в течение 6 июля соединения 4 ТА сумели прорвать на своём правом фланге второй рубеж обороны Воронежского фронта, нанесли значительные потери войскам 6 гв. А (из шести стрелковых дивизий к утру 7 июля боеспособными оставались лишь три, из двух переданных ей танковых корпусов — один). В результате потери управления частями 51 гв.сд и 5 гв. Стк на участке стыка 1 ТА и 5 гв. Стк образовался не занятый советскими войсками участок, который в последующие дни ценой неимоверных усилий Катукову пришлось затыкать бригадами 1 ТА, используя свой опыт оборонительных боёв под Орлом в 1941 году.
несколько ошибок Ватутина: 1) не отвод дивизий в ночь на 6.07.43 из котла между 48 и 2 ТК. 2) Приказ о контрударе 6.07.43 — окружение и разгром Кравченко (хорошо ещё Катуков отказался выполнять тупой приказ Ватутина). 3) Затягивание с отводом, окружение и разгром 11.07.43 в устье Пены 4) Снятие 6 из 7 ТК с Прохоровского направления 10.07.43, что привело к прорыву и занятию эсесовцами удобных позиций, на которых они с 12.07.43 нанесли огромные потери перешедшим в контрнаступление 5Гв.А и 5ТА. 5) Затягивание с отводом окружение и разгром 48СК 14.07.43. 6) Авантюрное наступление 11-20.08.43, что привело к окружению и разгрому частей 27А, 6Гв.А, 1ТА и двух танковых корпусов под Богодуховым и Ахтырской.
у эсесовцев не было ни Пантер, ни самых страшных истребителей наших танков Фердинандов. Если бы Фердинанды были против Ватутина, а не Рокоссовского, то Ватутин понёс бы просто катастрофические потери. Так что нам крупно повезло, что самая тяжелая немецкая бронетехника была против Рокоссовского.
Ватутин постоянно тупо бросался на эсесовские дивизии, гробил танковые корпуса и стрелковые части, затягивая с отводом пехоты из мешков, планируя оттуда окружить «элитные» дивизии. А Катуков тормознул и эсесовцев, и 48 танковый корпус, потому что отказался выполнять тупой приказ Ватутина о наступлении. Толбухин на Миусе также нанёс эсесовцам большие потери, чем Ватутин. При этом Толбухин имел в несколько раз меньше танков и не имел несколько линий долговременной обороны Ватутин.
Кризис на южном фасе возник в значительной мере от наступательной тактики Ватутина, если бы ещё и Катуков не отказался наступать, то его бы ждала судьба Ротмистрова и Кравченко, потерявших большинство своих танков за 1-2 дня, вследствие твердолобых наступательных приказов Ватутина.
Сталину после смуты начатой Оранжевой революцией в феврале 1917 досталась Россия в таком же разрушенном состоянии с битой поляками армией, что и Михаилу Романову, который слил войны полякам и шведам и оставил границу на Вазузе, а Сталин раздавил непобедимый Гитлеровский ЕС и оставил границу на Эльбе.
Что оставили безродные космополиты Троцкий с Лениным Сталину — разоренную отсталую страну с захлебнувшейся в крови, но далеко незаконченной Гражданской войной, с оставшимися неразрешимыми противоречиями между разными слоями населения, с армией, которую наголову разбили польские и прибалтийские лимитрофы. А что после себя оставил Сталин: наиболее быстро развивающуюся сверхдержаву от Эльбы до Курил, с независимой экономикой, огромными достижениями в науке и технике, единое общество, победоносную армию. Сталину пришлось переформатировать доставшуюся ему русофобскую Троцкистско-Ленинскую партию. Только за 1937-38 было расстреляно более 600 тысяч членов партии русофобов Троцкистов-Ленинистов и националистов, а также полезших в правящую партию карьеристов. Ещё сотни тысяч членов правящей партии были отправлены в тюрьмы и лагеря, что дало возможность Сталину создать прекрасный симбиоз Российского патриотизма, идей социальной справедливости и эффективнейшей системы управления. От марксизма Сталин взял только идею социальной справедливости. Марксизм — русофобская идеология и неэффективная экономическая модель, провалившаяся при премьере Ленине в 1918-1920 годах. Сталин объединил и красных, и белых, для которых главным было служение Родине, и репрессировал тех, кому Россия являлась вторичной по отношению к их стремлению к социальному террору.
11 января 2026 = 9 мая 1945, когда Сталин освободил не только Киев, но и Берлин, Прагу, Вену, Братиславу, Будапешт, Варшаву, Белград, Ригу, Таллин, Софию, Бухарест, Кишинев, Вильнюс…
Сталинский СССР за 1418 дней разгромил армии непобедимой Германии, Австрии, Венгрии, Румынии, Финляндии, Словакии, Болгарии, а также формирования из итальянцев, шведов, норвежцев, голландцев, бельгийцев, французов, испанцев, хорватов…, массово перешедших на сторону Гитлера народностей СССР и других предателей, на которые на полную мощь работала вся Европа, и установил нашу границу с Западом на Эльбе и Дунае. А Гитлер и Геббельс покончили с собой в страхе перед судом за преступления против нашего народа.
«Говорит Москва! 8 мая 1945 года в Берлине представителями германского командования подписан Акт о безоговорочной капитуляции германских вооруженных сил. Великая Отечественная Война, которую вел советский народ против фашистских захватчиков, победоносно завершена! Германия полностью разгромлена!»
Праздновать 9 МАЯ без Сталина это все равно, что праздновать Пасху и Рождество без Христа. А Ельцин-центры должны быть закрыты. Ельцин и Ко развалили Россию (СССР) в 1991. И теперь наши солдаты по крупицам собирают то, что Ельцин и Ко раздали.
При Сталине система была наиболее гибкая, мы по многим позициям, например, по танковой подвеске Кристи сработали быстрее чем, его родные англо-саксы и сделали Т-34, несмотря на нашу историческую отсталость. И сейчас очень эффективным признано управление на основе управления конфликтами, и при Сталине этот метод успешно использовался. Если бы при Сталине была костная система управления, то нас с нашим полувековым отставанием не было бы. А так мы смогли эффективно использовать западные технологии, получаемые с с 1930 по 1944 от американцев, французов, немцев, англичан и неимоверно быстро приближаться к их уровню.
Сталин 4.02.1931: «Задержать темпы – это значит отстать. А отсталых бьют. Но мы не хотим оказаться битыми. Нет, не хотим! История старой России состояла, между прочим, в том, что ее непрерывно били за отсталость. Били монгольские ханы. Били турецкие беки. Били шведские феодалы. Били польско-литовские паны. Били англо-французские капиталисты. Били японские бароны. Били все – за отсталость. За отсталость военную, за отсталость культурную, за отсталость государственную, за отсталость промышленную, за отсталость сельскохозяйственную. Били потому, что это было [c.38] доходно и сходило безнаказанно. Помните слова дореволюционного поэта: “Ты и убогая, ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка Русь”[17]. Эти слова старого поэта хорошо заучили эти господа. Они били и приговаривали: “ты обильная” – стало быть, можно на твой счет поживиться. Они били и приговаривали: “ты убогая, бессильная” – стало быть, можно бить и грабить тебя безнаказанно. Таков уже закон эксплуататоров – бить отсталых и слабых. Волчий закон капитализма. Ты отстал, ты слаб – значит ты не прав, стало быть, тебя можно бить и порабощать. Ты могуч – значит ты прав, стало быть, тебя надо остерегаться.
Вот почему нельзя нам больше отставать….Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут…мы могли бы сделать еще больше, если бы постарались за это время по-настоящему овладеть производством, его техникой, его финансово-экономической стороной.
Максимум в десять лет мы должны пробежать то расстояние, на которое мы отстали от передовых стран капитализма. Для этого есть у нас все “объективные” возможности. Не хватает только уменья использовать по-настоящему эти возможности. А это зависит от нас. Только от нас! Пора нам научиться использовать эти возможности. Пора покончить с гнилой установкой невмешательства в производство. Пора усвоить другую, новую, соответствующую нынешнему периоду установку: вмешиваться во все. Если ты директор завода – вмешивайся во все дела, вникай во все, не упускай ничего, учись и еще раз учись.»
Народному комиссару обороны СССР 26.6.41 20.35 Докладываю положение войск Северо-Западного фронта.
1. Противник продолжает окружение Либава.
2. 8-я армия – 12-й механизированный корпус и 5-я танковая дивизия в тылу противника без горючего. Командир 3-го механизированного корпуса донес открыто 25.6.41 г.: «Помогите, окружен». Стрелковые соединения на фронте Плателяй, Кражай, Келме, Шиауленай, Шедува. В ночь на 27 июня начнет отход [на] р. Лиелупе и далее на северный берег Зап. Двина до Екабпилс. Соединения армии понесли потери и нуждаются в их немедленном пополнении, которое начало по мобилизации поступать, но не может быть одето, так как обмундирование двух стрелковых дивизий осталось в бывших пунктах дислокации. Соединения потеряли часть оружия, что уточняется.
11-я армия – штаб и Военный совет армии, по ряду данных, пленен или погиб. Немцы захватили шифрдокумент. 5, 33, 188, 128-я стрелковые дивизии неизвестно в каком состоянии и где находятся. Много отставших и убежавших, задерживаемых [на] направлении Двинск. Много брошено оружия.
11-я армия не является организованным боеспособным соединением[1].
На вильнюсском направлении необходимо развертывание новой армейской группировки немедленно. За счет пополнения, видимо, погибших дивизий, прошу разрешить формирование новых четырех стрелковых дивизий.
Прошу усилить фронт десятью артиллерийскими полками [в] счет погибших. 11-я стрелковая дивизия свежая, но ее гаубичный артиллерийский полк разбит авиацией.
Военно-воздушные силы фронта понесли тяжелые потери [вследствие] малого количества аэродромов. Данное время эффективно поддерживать, прикрывать наземные войска и нападать на противника не способны.
Экипажей сохранено 75 %. Потери материальной части 80 %.
Прошу усилить фронт тремя смешанными авиационными дивизиями[2]. Пополнить части военно-воздушных сил фронта материальной частью в первую очередь и летным составом.
Прошу об отпуске 200 тысяч комплектов обмундирования и снаряжения для обеспечения отмобилизованных и для новых четырех стрелковых дивизий оружия. 22-й, 24-й стрелковые корпуса отмобилизовываются на зимних квартирах. 29-й стрелковый корпус отошел восточнее Вильнюс. Положение уточняю.
Двинское направление. Двинск заняли танки противника. Потребовал восстановить положение. Ввиду бомбежки противником узлов связи и разрушения их враждебными нам элементами связь плохая.
Прошу 26.6.41 г. передать в мое распоряжение три бомбардировочные и две истребительные дивизии на усиление военно-воздушных сил.
Прошу включить в состав фронта новых шесть стрелковых дивизий вместо бывших территориальных, передислоцируемых для переучивания.
[Командующий войсками
Северо-Западного фронта
генерал-полковник] Ф. Кузнецов
[Член Военного совета фронта
корпусный комиссар] Диброва
Народному комиссару обороны СССР
Командующему Западным фронтом
22.6.41 9.35
Крупные силы танков и моторизованных частей прорываются на Друскеники. 128-я стрелковая дивизия большею частью окружена, точных сведений о ее состоянии нет.
Ввиду того, что в Ораны стоит 184-я стрелковая дивизия, которая еще не укомплектована нашим составом полностью и является абсолютно ненадежной, 179-я стрелковая дивизия – в Сьвенцяны также не укомплектована и ненадежна, так же оцениваю 181-ю [стрелковую дивизию] – Гулбенэ, 183-я [стрелковая дивизия] на марше в лагерь Рига, поэтому на своем левом крыле и стыке с Павловым[1] создать группировку для ликвидации прорыва не могу. Прошу помочь. Тильзитскую группировку противника буду бить контрударами: с фронта Телшяй, Повентис – 12-м механизированным корпусом, с направления Кейданы, Россиены – двумя дивизиями 3-го механизированного корпуса.
5-я танковая дивизия на восточном берегу р. Неман в районе Алитус будет обеспечивать отход 128-й стрелковой дивизии и прикрывать тыл 11-й армии от Литовцев, а также не допускать переправы противника на восточный берег р. Неман севернее Друскеники.
[Командующий войсками
Северо-Западного фронта
генерал-полковник] Ф. Кузнецов
[Член Военного совета фронта
корпусный комиссар] Диброва.
Т-60 безусловно сыграл свою роль в войне, так как массово выпускался на автомобильных заводах, на которых невозможно было выпускать более тяжёлые танки. То, что ведущий замполит Минобороны Исаев и его подтанцовка называют Т-60 уродцем — это попытка заболтать бездарное использование с таким трудом выпускаемым героическим тылом в нечеловеческих условиях Т-60 и других танков армейскими дуболомами особенно в первый период войны. Немцы тоже выпускали большое число легкобронированной техники, которая была серьезным помощником для пехоты. К тому же из Т-60 получился Т-70, а из него СУ-76, которая оказалась незаменимой для артиллерийской поддержки пехоты и была выпущена в огромном количестве.
По поводу ошибок сторон в Сталинградской битве, читая Типельскирха, Гальдера, Бока, Рейнгарта и факт армейского заговора 20.07.1944 можно сделать вывод о существовавшем взаимном внутреннем презрении Гитлера и его генералов, что при первых неудачах Барбаросса привело к все большему разладу в высшем немецком командовании, чего не было у нас так как Сталин же пользовался неоспоримым и возраставшим во время войны авторитетом у наших генералов.
Несмотря на успешное наступление немцев летом 1942 РККА оказывала местами уже квалифицированное сопротивление, и это сразу привело к разладу в высшем военном немецком командовании, что в итого привело к снятию Гитлером сначала Бока, потом Листа, а затем и Гальдера.
Соответственно, это привело к недостаточно эффективному использованию 4 ТА Гота, которая металась с одного направления на другое и не использовала хороший шанс взять Сталинград в начале августа ударом с юга.
Сталин и Василевский также приняли спорное решение развернув 62 и 64 армии из резерва на западном, а не восточном берегу Дона. Скорее всего они пытались спасти окружённые 28 и 38 армию.
Паулюс, прижав к Дону и разгромив 62 армию, открыл себе дорогу к Сталинграду, но потратил на это больше месяца, за который Сталину удалось перебросить новые резервы.
Сталин и Василевский в отличии от Гитлера и Гальдера сразу осознали ключевое значение Сталинграда, от которого на запад шли обе железные дороги в район Ростова, то есть в тыл группы А.
Но несмотря на это немецкое превосходство, особенно в воздухе, проложило немцам путь в Сталинград, и возможность его удержания с середины сентября 1942 выглядело с разумной точке зрения невозможной.
Наши войска были прижаты к широченной Волге при полном господстве люфтваффе.
Но как писал Типельскирх: Русские с упорством муравьев каждую ночь восстанавливали переправы, которые каждый день уничтожала немецкая авиация.
С севера атаковали постоянно перебрасываемые Сталиным резервы, и город держался вопреки всякому здравому смыслу.
Паулюс был штабным офицером, который привык все делать правильно, по уму, но столкнувшись с иррациональным сопротивлением защитников Сталинграда, он не смог придумать из ряда вон выходящего и не смог полностью взять Сталинград.
Относительно теории о провале немецкой разведки, проспавшей наше наступление.
Насколько пишет Типельскирх, немецкая разведка вскрыла 12.11.42 подготовку Ватутина к наступление, но ещё раньше была вскрыта подготовка нашего наступления подо Ржевом.
Оценивая понесённые РККА потери ( а немецкие генералы как и наши любили преувеличивать потери противника) высшее немецкое руководство не представляло себе возможным, что Сталину удастся собрать силы на 2 примерно равноравносильных удара.
Исходя из общей нехватки резервов в связи с высадкой союзников в Африке, немцы сочли, что напрягаться и искать резервы под Сталинград нет никакой необходимости.
Относительно решения о не прорыве Паулюса из котла.
Если проанализировать сложившуюся к декабрю 1942 обстановку и предыдущий опыт успешного деблокирования немцами в начале 1942 котлов Демьянска, Холма, Сухиничей и большого числа более мелких окружённых опорных пунктов, то решение немецкого командования на первом этапе было совершенно адекватным. Тем более, что в случае прорыва немцев с потерями в людях и технике из Сталинграда и его взятия Красной армией, наши войска получали возможность удара в тыл группы А по железным дорогам, а это значит, что разрешение на прорыв Паулюса автоматически влекло приказ на отход группы А с Кавказа в пожарном порядке с соответствующими издержками.
Несколько переброшенных немецких соединений остановили наступательный пыл Ватутина, Жуков проваливался подо Ржевом, наступление Тюленева на Кавказе топталось на месте, фронт в Тунисе стабилизировался.
Против Еременко удалось собрать ударную группу Гота, и немцы имели к югу от Дона подавляющее логистическое преимущество, так как Паулюс запирал обе железные дороги, и нормально снабжать наши войска к югу от Сталинграда мы могли только с трудом, а Гот наступал по железной дороге, и у него проблем со снабжением не было.
Таким образом, при статичном фронте немцы рано или поздно деблокировали бы Паулюса.
Но у Сталина нашлись резервы, чтобы обрушить фронт итальянцев и венгров, и немцам было уже не до спасения Паулюса.
В связи с этим представляется единственно возможным прорыв Паулюса 19-20 декабря, когда Гот подошёл на минимальное расстояние, но рассогласованность немецкого командования привела к тому, что Паулюс остался на месте, видимо ещё не понимая, что новой попытки деблокирования уже не будет.
Манштейн: Мы, конечно, не ожидали от советской стороны таких больших организаторских способностей, которые она проявляла в этом деле, а также в развертывании своей военной промышленности. Мы встретили поистине гидру, у которой на месте одной отрубленной головы вырастали две новые… К концу августа только наша группа потеряла 7 командиров дивизий, 38 командиров полков и 252 командира батальонов… Наши ресурсы иссякли…
Василевский: по указанию Ставки мне пришлось вернуться на Сталинградский фронт. Мне было приказано завершить работу по подготовке этого фронта к наступлению, а командующий фронтом всецело переключился на руководство обороной города.
В первые дни операции ведущую роль играл Юго-Западный фронт, штаб которого находился в городе Серафимовиче. Там для меня Генштабом был подготовлен пункт руководства Юго-Западным, Донским и Сталинградским фронтами, предназначенными к участию в наступательной операции, куда я и собрался перебраться 17 ноября. Однако И. В. Сталин по телефону предложил мне прибыть 18 ноября в Москву для обсуждения одного из вопросов, касающихся предстоящей операции. Ничего более конкретного он мне не сообщил. В 18 часов в кремлевском кабинете Сталина проходило заседание Государственного Комитета Обороны. Сталин немедленно принял меня и предложил, пока шло обсуждение ряда крупных хозяйственных вопросов, ознакомиться с поступившим на его имя письмом командира 4-го механизированного корпуса В. Т. Вольского, предназначенного для выполнения решающей роли в предстоящей операции на участке Сталинградского фронта. Комкор писал в ГКО, что запланированное наступление под Сталинградом при том соотношении сил и средств, которое сложилось к началу наступления, не только не позволяет рассчитывать на успех, но, по его мнению, безусловно обречено на провал со всеми вытекающими отсюда последствиями и что он как честный член партии, зная мнение и других ответственных участников наступления, просит ГКО немедленно и тщательно проверить реальность принятых по операции решений, отложить ее, а быть может, и отказаться от нее совсем. [229]
ГКО, естественно, потребовал от меня дать оценку письму. Я выразил удивление по поводу письма: в течение последних недель его автор активно участвовал в подготовке операции и ни разу не высказывал ни малейшего сомнения как по операции в целом, так и по задачам, поставленным перед войсками вверенного ему корпуса. Более того, 10 ноября на заключительном совещании он заверил представителей Ставки и военный совет фронта, что его корпус готов к выполнению задачи, а затем доложил о полной боеспособности и об отличном, боевом настроении личного состава этого соединения. В заключение я заявил, что никаких оснований не только для отмены подготовленной операции, но и для пересмотра сроков ее начала, на мой взгляд, не существует.
Сталин приказал тут же соединить его по телефону с Вольским и после короткого и отнюдь не резкого разговора с ним порекомендовал мне не обращать внимания на это письмо, а автора письма оставить в корпусе, так как он только что дал ему слово во что бы то ни стало выполнить поставленную корпусу задачу. Окончательно вопрос о нем как о командире корпуса должны были решить по результатам действий корпуса, о которых в первые дни операции Сталин приказал мне доложить ему особо. После этого он предложил мне незамедлительно отправиться на фронт. Утром 19 ноября, то есть в день начала операции, я был в Серафимовиче. Никого из ответственных работников фронта я здесь не застал. К полудню я прибыл в 5-ю танковую армию П. Л. Романенко, которая наносила основной удар на Юго-Западном фронте.
Наступление Юго-Западного и правого крыла Донского фронтов началось, как и намечалось планом, с утра. Сильный туман и снегопад исключили возможность использовать в период подготовки удара и в момент самой атаки боевую, особенно штурмовую, авиацию и резко снижали эффективность артиллерийского огня. В первые два часа отдельные дивизии 5-й танковой армии, преодолев первую позицию главной полосы обороны врага, продвинулись в глубину на 2—3 км. Однако некоторые из войсковых соединений, встречая сопротивление противника и отражая его постоянные контратаки, наступали крайне медленно. Чтобы обеспечить обязательный прорыв в этот день всей тактической зоны фашистской обороны, командующий фронтом принял решение немедленно ввести в дело 1-й танковый корпус В. В. Будкова и 26-й танковый корпус А. Г. Родина. Их танковые бригады с ходу прорвали оборону врага и, разгромив попавшие под удар румынские войска, продвинулись за день на 20 км.
Примерно так же развертывались события и в 21-й армии И. М. Чистякова. Наибольший успех выпал в тот день на долю [230] 4-го танкового корпуса А. Г. Кравченко, продвинувшегося на 30—35 км. 20 ноября в соответствии с планом, причем в еще более сложных метеорологических условиях, но столь же удачно, начал (контрнаступление Сталинградский фронт. Докладывая Верховному Главнокомандующему об успешном ходе операции, я сообщил я об отличных действиях 4-го мехкорпуса В. Т. Вольского, войска которого проявили в первый же день операции исключительный героизм, мужество, отвагу и продвинулись, ломая сопротивление врага, на 20 км.
В течение 21 ноября войска Юго-Западного, Сталинградского и Донского фронтов, нанося противнику огромный урон, выходя в глубокий тыл основной его группировке и дезорганизуя управление фашистских войск, продолжали выполнять боевое задание. 23 ноября в результате искусно выполненных ударов по сходящимся направлениям в сторону Калача Юго-Западный и Сталинградский фронты при активной помощи правого крыла Донского фронта замкнули кольцо окружения вокруг главной группировки немцев, действовавшей в районе Сталинграда.
Это было первое крупное окружение, в котором оказались немецко-фашистские войска с начала войны.
Смешно, что нынешние великие архивариусы Тимин с Исаевым и Замулиным в своём новом фильме о Прохоровке снова сослались на роман Журналистки Ханны Миркиной Воспоминания и размышления, написанный по охотничьим старческим рассказам Жукова, заявив, что Жуков первым предложил 8 апреля 1943 действовать под Курском от обороны, хотя Жуков лишь присоединился к мнению Генштаба, который с конца марта планировал летнюю компанию и уже принял оборонительный план за основу ранее 8 апреля. Конечно надо отдать должное Жукову, который всегда лучше всех умел выдать чужие идеи за свои.
Немцы все равно бы летом 1942 прорвали бы фронт, где бы захотели, у них оставалось качественное превосходство, особенно в авиации. Если бы Сталин с весны усиливал юг, а не Московское направление, то немцы ударили бы и взяли бы Москву. Линия фронта в центре шла изгибами, и немцы окружили бы войска Калининского и Западного фронтов. На юге же к концу июня линия фронта была спрямленная и крупных окружений не последовало. До Баку о Курска 4 ТА надо было идти 2 000 км, а до Москвы Группе Центр было менее 200 км. При этом надо было прикрывать ее длиннейший левый фланг, на который немцы были вынуждены были поставить союзную шушеру, которая затем была сметена нашими войсками, и немцы были уничтожены в Сталинграде и бежали с Кавказа. Таким образом, Сталин вынудил немцев решиться на катастрофическое для них со стратегической точки зрения наступление на юге летом 1942.
Да. опять врут про финскую войну. Это только авторы этого видео , и ему подобных, хотели прорвать линию Маннергейма с ходу. Руководство же СССР проводило ОБЫЧНУЮ РАЗВЕДКУ БОЕМ обороны противника, про которую ОНО НИЧЕГО ТОЛКОМ НЕ ЗНАЛО на начало войны. И эта проверка прошла на УРА. Финны палили из всего , чего можно было, и САМИ ВСЁ ПОКАЗАЛИ. Остальное было делом техники — подтянули ОСНОВНЫЕ СИЛЫ, разместили в предполье перед линией Маннергейма, которое УДАЧНО с ХОДУ отбили у финнов, не в Ленинграде же было бы размещать ГЛАВНЫЕ СИЛЫ для БУДУЩЕГО НАСТУПЛЕНИЯ и ПРОБИТИЯ ТОГО, О ЧЁМ НЕ ИМЕЕМ НИ МАЛЕЙШЕГО ПРЕДСТАВЛЕНИЯ. Ну и финнов заодно обманули — ударили по ним силами ОДНОГО ЛЕНИНГРАДСКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА, чего финны не ожидали, БЫСТРО заняли предполье, от чего Маннергейм был в ужасе, ну и узнали, ЧТО ЭТО ЗА ЗВЕРЬ ТАКОЙ , эта пресловутая линия Маннергейма. А после этого СОСТАВИЛИ ПЛАН ЕЁ ПРОРЫВА, и БЫСТРО ПРОРВАЛИ ТАМ, ГДЕ И ПЛАНИРОВАЛИ. Итог — три месяца боёв, вместо шести, а то и больше, по плану, решение всех задач , которые надо было решить, и заключение мира НА БОЛЕЕ ВЫГОДНЫХ условиях, чем те, которые предлагали финнам до войны. При этом потери были минимальны ( "наши" историки и в этом врут) , а у финнов вывели из строя ТРЕТЬ их мобилизационного ресурса, что аукнулось финнам уже в ВОВ.
Пропаганда войны и ненависти к соседям